Ожидания и жизнь

Что такое ожидания, как они работают и что может пойти не такОжидания — это игра, в которую человек играет сам с собой. Иногда выигрывает, иногда — заигрывается и приходит к проигрышу (порой ужасному). Чтобы не проигрывать, важно понимать, что такое ожидания, как они работают и что может пойти не так.

Ожидания есть у всех, и это нормально. Отсутствие ожиданий означает пребывание в неопределенности, а она тяжела и невыносима. Поэтому человеку важно ожидать хоть чего-то конкретного, чтобы не быть подвешенным в пустоте неизвестности. «Лучше ужасный конец, чем ужас без конца».
Где-то я вычитала, что фильмы ужасов пугают зрителя только двумя способами. Всего двумя. Во-первых, человека страшит неожиданное, а во-вторых, неопределённое. Пример неожиданного — это когда героиня фильма спускается в подвал под тревожную музыку, и всё вроде нормально, всё идёт как обычно — и вдруг на неё что-то падает сверху! Героиня вопит, зритель вздрагивает и подскакивает в страхе. Ан нет, это котёнок неожиданно спрыгнул со шкафа (Когда на вас внезапно рухнет с высоты кот, это испугает; тут всякий заорёт, не так ли?).
Неопределённое же — это когда группа туристов располагается на ночлег на заброшенной туристической базе, а там везде странные шорохи, стуки, скрипы, шевеления, и местные заранее рассказали историю о том, как тут два года назад нашли обглоданный труп и никто-никто не знает, откуда этот чувак вообще тут взялся и уж совсем непонятно, кто ж его обглодал. (Туристы ёжатся, жмутся друг к другу, бодрятся, подначивают друг друга, чтобы не бояться; но им всё равно не по себе — неизвестно ведь, что именно выйдет из тумана дальше по сюжету. В современных фильмах ужасов бывает, что ничего особенного из тумана и не выходит, но сценарист уже вволю попугал зрителя, и именно этим приёмом — неопределённостью ожиданий).

Сильнее всего манят неясные обещания, сильнее всего пугают неизвестные ужасы. Неопределённость, говоря психологическим языком — идеальное поле для проекций; на нём можно представить себе всё, что только придёт в голову. А ведь любой человек лучше всех напугает сам себя собственными страхами (и сам же себя распалит собственными мечтами о прекрасном и привлекательным), и ограничат его исключительно пределы собственных фантазий . Поэтому смутные обещания «неземной любви» столь неотразимы — жертва сама подставляет на место невнятного обещания именно то, что её манит, и сама же себя завлекает собственными проекциями мыслимых и немыслимых достоинств предмета.
Если иметь дело с реальным человеком, то действительность так или иначе прорвётся в ваши отношения: рано или поздно станет понятно, что партнёр не так уж идеален, что он, скажем, не шибко начитан, или имеет плохой вкус, или грубоват, или…. Поэтому отношения лучше строить в реальности, не в виртуале и не в мечтах.

А откуда же у ожиданий такая власть? Почему ожидания могут манить, как сирены — Одиссея, а могут пугать до полусмерти (и не только в фильмах ужасов)? Дело в том, что ожидания всегда эмоционально окрашены. Мы не просто ждём, что произойдёт некоторое событие — мы подразумеваем, что это событие принесёт определённые переживания и чувства. Девушка не просто ждёт прекрасного принца — она фантазирует, что вот он, принц, появится, и я буду рядом с ним чувствеовать безмятежное счастье. А если не совсем счастье, не абсолютно безмятежное, а иногда даже и раздражение и злость к партнёру — тогда становится понятно: нет, это какой-то неправильный принц, уберите этого, дайте правильного, настоящего. Я ведь намечтала — должен же он быть где-то? Или вот родители, мечтающие о том, что вот в доме появится маленькое чудо, будет нежно агукать и счастливо улыбаться папе с мамой. А, бывает, рождается вовсе не такой красавчик, как с картинки, орёт круглыми ночами и постоянно болеет: то зубки режутся, то диатез, то несварение. Мама измотана, папа не выспался — разве об этом мы мечтали? Ожидание же обещало: у нас родится мелкий розовенький няшка, мамина и папина радость! И у нас обязательно будут вот такие эмоции, как мы себе нафантазировали! Немедленно подать нам вот этих эмоций!

По секрету скажу: практически все ожидания состоят из этих двух компонентов: во-первых, непосредственно события, которого мы ждём (встреча с замечательным мужчиной или красивой девушкой, рождение ребёнка, новая должность, определённый заработок, путешествия и т.п.) А во-вторых из эмоционального настроя. Подразумевается, что именно это событие , предмет или персонаж принесут нам именно те эмоции, которых мы так хотели. Новая работа должна дать статус, зависть и уважение окружающих и не просто материальные блага — а такие, на которые и другие люди будут эмоционально реагировать (например, завидовать или выказывать почтение). Красавица-спутница должна принести безмятежное счастье (например, быть бесконечно благодарной, верной, преданной, покладистой), и такой, чтобы пацаны завидовали! То есть, опять-таки, не в самой девушке дело, а в тех ожидаемых эмоциях, в расчёте на которые вообще затеваются отношения.
И тут, конечно, засада.

Во-первых, часто физически получить желаемое не так-то просто: высокие должности с хорошей зарплатой не выдаются по первому требованию каждому желающему — ради них придётся потрудиться. А красавицу мало того, что надо завоевать, так ещё и характер у неё может оказаться не по заказу: не нежный и покорный, а взбалмошный и импульсивный. Но и это полбеды. Главное тут во-вторых: даже если полученное на 100% совпадает с запросом, нет ни малейшей гарантии, что вымечтанное принесёт те эмоции, ради которых всё и затевалось.

На эту тему написано в мировой литературе и снято в кино множество произведений, начиная с классического чеховского «Крыжовника» — в этом рассказе герой всю свою жизнь потратил на мечту: поместье, где он посадит собственный крыжовник, будет жить барином, кушая нежные ягодки. Герой всеми правдами и неправдами добивается своего, женится по расчёту и изводит до смерти жену скупостью, потом покупает имение и сажает там крыжовенные кусты. И вот он вроде как победитель, но со здоровьем уже плохо, он стар и болен; приносят ему ягоды из собственного палисадника: ягоды мелкие, жесткие, с толстой шкурой, кислые и невкусные. Мало того, что добился не совсем того, что планировал, так ещё у мечты вкус гадостный и удовольствия никакого! Вот зачем?
Классика — она на то и классика, чтобы ставить вечные вопросы. Правда, классики это делают в метафорической форме, а я прямо и открыто скажу: ожидания — это про то, как мы хотим преобразовать действительность и какие эмоции собираемся от этого испытать. Мы ожидаем, что с нами случатся события А, Б, В, что мы вступим в обладание объектами К, Л, М и это принесёт нам эмоции и чувства Э, Ю, Я. Вот ради чувств и эмоций строится эта длинная цепочка достижений.

Эмоции, которые мы ожидаем получить - вот ради чего все и затеваетсяПроблема в том, что зависимость тут нелинейная: например, вот вступим мы в обладание желаемым объектом, а эмоции будут не те. Фиаско. Или, наоборот, эмоции выйдут из-под контроля и начнут жить своей жизнью. Я как-то была на мастер-классе известного сценариста, где он разбирал эмоции которые вызывает у зрителей фильм «Человек дождя». Главный герой фильма (Том Круз) по сюжету отправляется решать свои материальные вопросы; его ожидания в том, что именно это принесёт ему счастье и удовольствие. Своего больного аутизмом брата (Дастина Хоффмана) главный герой собирается использовать для разрешения своих денежных трудностей. Но, по мере того, как он узнаёт брата и общается с ним, понимает: нет, не принесёт мне радости, если я этим человеком воспользуюсь. И, упустив все свои денежные расчёты, герой Тома Круза выбирает заботиться о брате, и именно от этого ему становится на душе тепло и хорошо (и у нас, у зрителей, отмечу, тоже). На мастер-классе это называлось «достижение героем цели истинной и цели декларируемой», а я скажу: вот были ожидания о достижении определённой цели, и герой связывал это достижение с тем, какие приятные настанут эмоции. Но вовремя понял, что достичь-то он запланированное, может быть, и сможет, а вот радости от этого не будет; желанных эмоций не случится. И от достижения цели отказался. А тёплые и светлые эмоции, тем не менее, получил.
И — да, и на сценарном мастер-классе герой Тома Круза был открыто назван победителем, и для зрителя фильма это очевидно. И психологи к этой оценке присоединяются.
А почему?
Да потому, что все мы, люди, не всевидящи. Потому, что когда мы строим планы, мы не всё можем заранее предугадать и, тем более, рассчитать. Окружающая действительность постоянно подкидывает нам информации — и о мире, и о нас самих. Да-да, о нас самих; вот пока мы не попробуем, скажем, авокадо, мы можем мечтать, как это здорово; а вот откусил кусочек авокадо, и пожалуйста — информация от органов чувств: «Как-то это мне невкусно». Вот она — информация о самом себе: «Кажется, мне не нравится этот крыжовник (ну или, не знаю, авокадо)». И самая-то главная трудность в психологическом плане — та, что если информацию о мире мы худо-бедно корректируем, то информацию о себе часто игнорируем, не обрабатываем, не берём в расчёт. На чём и погораем.
То есть, если окружающий мир изменился — мы свои планы, вероятнее всего, поменяем. А если изменились наши чувства — то не всегда.

Например, в фильме герой Тома Круза, мчавшийся через всю Америку, чтобы разрулить денежный вопрос, своё поведение, хоть и с неохотой, корректировал: когда аутичный брат отказался садиться в самолёт и устроил истерику в аэропорту, главный герой с раздражением, но арендовал машину, чтобы ехать по дорогам через пол-Америки. Своё физическое поведение персонаж корректировал, и все мы с этим более или менее справляемся. Но настоящую победу герой фильма одержал, когда заметил свои возникшие чувства. Когда понял, что к своему брату, больному и почти беспомощному человеку, испытывает нежность, любовь и желание позаботиться. А вот тут мы не все бываем столь мудры, как киногерой. У многих из нас если записано в планах: «Поместье, а в нём крыжовник» — ну так и будет куплено поместье, а в нём крыжовник; будем давиться, но жрать. Потому, что решено, что счастье будет достигнуто именно так, и никак иначе.

Обстоятельства жизни меняются и чувства наши меняются. Важно это заметитьЕщё об изменившихся чувствах. Не так давно в социальных сетях наткнулась на обсуждение: мама дочки-подростка растерянно спрашивает: скажите, а надо заставлять ребёнка заниматься музыкой? Она ведь когда-то сама хотела! А теперь каждый день — истерики, слёзы, отказывается садиться за инструмент. Не заставлять? Но ведь она так не научится доводить дело до конца? Вот, пожалуйста, прекрасный пример потери контакта со своими чувствами и чувствами дочери. Когда-то девочку радовали занятия музыкой, но давно уже перестали. Нет в этом больше радостных эмоций, нет ничего такого, что заставило бы получать удовольствие. Приятные эмоции мама из дочки выжать не может, а вот заставить садиться за инструмент из-под палки — это пожалуйста. И делает мама то, что привыкла делать: заставляет. Не обращая внимание на то, что реально происходит с ребёнком и её чувствами, игнорируя то, как ежедневное принуждение влияет на их отношения. «Ты будешь играть, и тебе рано или поздно должно это понравиться!». Хотя действительность давно сигнализирует: нет, нет, нет, это давно уже не радует и не увлекает, это плохо, скучно и неприятно. Прекрати! В психологии это называется: «мама не в контакте с дочерью, не воспринимает её чувств». Зато мама в контакте со своими идеями о том, как принести дочери пользу: вот, дочка, научишься доводить дело до конца, ещё спасибо скажешь! Здесь человек игнорирует сигналы от эмоциональной сферы (не будет любящую маму радовать огорчение дочери, так что, чтобы заняться принуждением ребёнка, мама должна сперва задушить собственные чувства).

То есть, проблемы возникают тогда, когда мы теряем контакт со своими чувствами (реально сигнализирующими нам о том, что происходит), и остаёмся в контакте только со своими идеями о том, как нам сделать самим себе (или близким) хорошо. Вот есть у нас откуда-то идея, что если с нами случится нечто, то и станет нам хорошо-прехорошо. Что если дочка будет уметь доводить дело до конца, она добьётся больших успехов, построит карьеру и семью и однажды принесёт маме миллион со словами: как же здорово, что ты тогда заставила меня музыкой заниматься! Реальность же, сигнализирующая, что девочка ненавидит музыку и готова на всё, лишь бы прогулять урок, достучаться до мамы не может.

Проблема, чаще всего, в том, что идею о том, как именно нам станет хорошо, мы выдумываем из головы, дофантазируем её в полный рост, и потом пытаемся подогнать реальную действительность под красивую картинку в голове. В интернетах пишут про фейсбук-эффект: когда мы видим в соцсетях картинки счастливых смеющихся знакомых, в картинных позах распивающих коктейли под пальмой на фоне прибоя, мы достраиваем картинку: они успешные, а я — лох. Раз вот их фото, значит, у них есть деньги, чтобы поехать на тропический пляж; они интересны вот этим красивым мужчинам и ослепительным женщинам; они пьют мохито в лучах океанского заката, а я тут сижу в заснеженной средней полосе России и вчера отравилась прокисшим холодцом. Как им хорошо и как здорово! А я — лох и лузер.
Замечаете? А ведь красивая картинка говорит только о том, что снятые на ней люди смогли на секунду замереть в стильных позах на фоне прибоя или рядом с дорогой машиной (очень может быть, что чужой). Это не означает ни богатства, ни тёплых любовных отношений с вот этим мужчиной или с красавицей, которая так лучезарно улыбается в камеру для селфи. Это всего лишь говорит о том, что владелец аккаунта в соцсети умеет кнопочку на смартфоне нажимать и изображать на лице радостную улыбку, на секунду прильнув к красивому, но, может, совсем чужому человеку. О реальном счастье никакие фотографии не говорят, МЫ ЭТО САМИ ДОСТРАИВАЕМ. И вот с этой фантазией, с выдумкой о том, «как им хорошо, пока мне тут так обыденно» мы и находимся в контакте.
Тогда как реальная жизнь проходит, и, возможно, она не так уж и плоха. Если быть в контакте со своей реальными чувстами, а не с идеями о том, что «мне будет хорошо только тогда, когда я буду лежать на тропическом острове и получать пассивный доход не меньше миллиона», то гораздо яснее станет, что именно приносит вам счастье и, соответственно, понятнее будет, как его добыть.

Вот что об этом написал мне один клиент (цитирую с его разрешения):

Напишу о том, что пришло в голову сегодня. О «волшебном саде, полном роз». Я живу со взглядом, устремлённым в будущее, с той самой мечтой об этом саде — что вот когда я его достигну, всё станет, наконец, хорошо, и вот тогда-то я буду счастлив: когда я стану хорошим, достойно оплачиваемым специалистом, здоровым, хорошо спящим и себя чувствующим, без долгов, приведшим дела в порядок, работающим удалённо и живущим за рубежом в уютном домике в тихом сосновом лесу.

И думая так, я обесцениваю и игнорирую то хорошее, что есть у меня СЕЙЧАС, упускаю те возможности радостно и интересно жить, которые имею, и концентрируюсь в основном на негативных моментах. Можно сказать, что у меня сформирован соответствующий навык. А ведь если так — смогу ли я радоваться своему саду? Там ведь тоже абсолютно всё хорошо не будет, там тоже найдутся поводы для переживаний, тревог, расстройств и огорчений, и свои неудовлетворённые потребности, и прочая хрень. И получается, что я мечтаю о несбыточном, и никогда не смогу быть по-настоящему счастлив. Если честно, меня это расстроило и напугало. Надо как-то по-другому. Сейчас я только и занимаюсь, что выбрасываю один пирожок под предлогом того, что мне хочется десять. Прислушиваюсь к неудовлетворённым потребностям, полагая, что пока существует хоть одна из них — всё плохо, здесь нечему радоваться, и жизнь счастливой назвать невозможно….»

Ожидания могут порядочно отравить нам жизнь, если ориентироваться только на них и игнорировать происходящее с нами сейчас и собственные чувства. Эмоции и чувства стоит воспринимать всерьёз, рассматривать, как сигнал организма о том, что происходит. Опора на реальные чувства делает очевидным происходящее с нами. Может быть, мы обнаружим, что то, что мы получаем сегодня — не то, о чём мы мечтали, но по-своему неплохо, и хочется с этим остаться и не терять. А может, и нет. В любом случае, важно уметь слышать и видеть реальность. Тогда с этим можно что-то делать.

Потому, что на правду можно опереться, а на фантазии, даже самые красивые и приятные — нельзя.
Я точно это знаю.

Понравилась статья? Хотите получать новые тексты по e-mail?
Подпишитесь на обновления