Психологический перенос и пряники

pryaniki-i-perenosПеренос — это то, что клиент на сеансе у психолога транслирует в мир. Например, изо всех сил не верит, что ему можно помочь. Значит, он и в жизни не верит, и когда на его улице внезапно переворачивается грузовик с пряниками, человек вздыхает, привычно опускает плечи и, перешагивая через раскатившиеся по улице пряники, плетётся на ненавистную работу за копейки. Пряники — это для других. Пряники — не про нашу честь.

Серьёзно, уж сколько раз я убеждалась, что если есть внутреннее верование, что пряники мне не положены, то человек не заметит возможностей получить хоть что-то хорошее для себя, и даже если ему всунут пряник в руку — и то не обратит внимания, разожмёт пальцы и снова будет мечтать… О чём? Ну конечно же, о том, как ему судьба насыплет пряников!

Время психотерапевтической сессии ограничено, но больше, чем час и не требуется — человек часто умудряется ярко показать свои переносные реакции во всей красе.
(Предупреждение: все примеры и истории дальше — выдуманные и собирательные!)

Например, человек может начать встречу с психотерапевтом с рассказа о том, как ненавидит нынешнюю работу и нуждается в деньгах, но так, чтобы их не зарабатывать, а чтобы они просто были…. и через полчаса выясняется, что школьный друг уже второй год зовёт его в свой проект, на должность-синекуру, где и ходить-то в офис не требуется, и обязанности чисто номинальные, а деньги будут как сейчас или даже больше. Но нет, нет: «это неправильно, это несерьёзно, это не для меня, так не бывает, этого просто не может быть, ну что пристали?… Но как же я ненавижу свою работу!»

Или вот человек приходит с запросом: он хочет, чтобы всё было в жизни правильно, продуманно, как он намечтал, а жизнь его раз за разом обламывает: и работа не та, что грезилось, и отношения с противоположным полом идут не по-писаному, и родители не понимают простейших объяснений и вытворяют ерунду… «А я чем могу вам помочь?» — обалдевает психолог встречным вопросом. «А вы должны выслушать меня и дать правильный совет, после которого вся жизнь пойдёт хорошо и правильно». Ну да, ну да. То есть, и для психолога были прописаны хотелки. Которых психолог, разумеется, не удовлетворит. Как уже не удовлетворили жизнь в целом, родители, коллеги, друзья и девушки.

Или, например, клиентка на сессии рекордно укладывается в двадцать минут: начав с сетований о том, что её никто не любит и вообще мужиков нормальных нет, довольно быстро упоминает о том, что один коллега позвал на свидание («ну он же меня на футбол позвал, фи, вот ещё»), другой бывший коллега звонил и тоже интересовался встретиться («он разведённый, с ребёнком, это несерьёзно»), когда на днях сломался холодильник, то молодой мастер по ремонту отчётливо строил девушке глазки («он же работяга! нет, нет, даже не рассматриваем»), да плюс по пути на сессию в вагоне метро к нашей героине пикапер пристал («ну это вообще! конечно, я его отшила! он же пикапер!!!»). То есть, мужское внимание, как минимум, имеется. Множеству мужчин в течение одной недели наша девушка показалась привлекательной настолько, что они выступили с активными действиями. Другое дело, что по ощущению клиентки — она живёт в пустыне, где мужиков нет ни одного, только поступают оскорбительные предложения от пикаперов, разведёнцев и работяг.
И реальные факты (знаки внимания от живых мужчин) не могут перевесить её внутренние убеждения о том, что «мужики закончились». Внутренняя установка первична. А окружающий мир может утереться: раз я не верю, что нет в этом мире пряников, то хоть в рот мне затолкайте вашу выпечку, а я не поверю.

И что, все эти люди, которые в течение часового психотерапевтического сеанса умудряются высказывать прямо противоположные вещи — они безумцы? Ненормальные? Дурачки какие-то? Ну ведь видно же, насколько махровые глупости человек городит, я бы такого — да никогда бы не сказал. Не то, что эти, психанутые.
Ага, конечно.

Как говорится, «рыба воды не видит». Увидеть всю эту кривую логику можно только глядя снаружи — самому такого не рассмотреть.

Фактически, в ситуации психотерапевтической встречи, в течение этого странного часа, потраченного на разговоры, человек показывает психотерапевту модель своей жизни — что он делает, как обходится с окружающим миром, чего ждёт, какие инструменты взаимодействия использует, чего боится, на что втайне надеется. Что сам себе запрещает, а что (какие способы влияния на мир) активно использует. Вообще-то, человек не только психотерапевту это показывает, а всем, кому не лень приглядываться и правильные вопросы задавать. Практически каждый человек — как открытая книга, читай — не хочу. Не все просто умеют (и хотят) читать. (Правда, это работает так, что чужую «книгу» читать при определённом навыке вполне возможно, а своя — тайна за семью печатями. Зато со стороны все мои собственные страхи и хотелки тоже, как на ладони. Я тоже легко прочитываема, только прочитать должен кто-то другой, не я сама; а мой психотерапевт, например).

Именно поэтому и нужен взгляд со стороны, психотерапевтический. Именно поэтому чтение книжек и статей не помогает — нужен сторонний взгляд другого человека.

Но увидеть противоречия, несоответствия и повторяющиеся паттерны — это ещё полдела. Нужно ещё что-то сделать, чтобы ситуация в жизни клиента изменилась.
Иногда достаточно обратить внимание на нелогичность («Вы говорили, что муж вас ненавидит и презирает, а потом упомянули, что он приедет забрать вас после встречи и горячий обед привезёт. Что, это он от ненависти, действительно?»). А иногда защиты столь сильны (и перестраивать всю свою жизнь настолько страшно), что человек искренне не видит пряников и даже сам портит и ломает все подарки судьбы. Потому что как жить без подарков, в режиме выживания — он знает, а принять идею, что в мире есть для меня пряники — это значит, весь привычный образ жизни перекраивать. Человек бессознательно догадывается о грядущем объёме работ, и… отказывается от подаренного судьбой пряника. Заберите, у меня нет сил и возможности построить новую жизнь вместо вот этой.

zit-moznoТо есть, банальная жалоба на некоторую жизненную трудность (как в гипотетических примерах выше: нет денег, нет мужика, жизнь идёт не по плану) может прятаться огромная проблема. Без мужика или без желаемой суммы денег жить можно. Неприятно, но не смертельно. А вот переменить всю жизнь — откуда на это брать силы и ресурсы?
И это, кстати, для некоторых повод не идти к психотерапевту. Многие точно так же и к врачам не ходят: вот пойду я к медикам, а они у меня обнаружат что-то ужасное, вроде рака или ВИЧ, и что мне делать после этого? Проще не знать. Пока я не знаю, можно считать, что всё нормально. И на психотерапию я тоже не пойду. Приду — и выяснится что-то не то, а пока что я типа нормальный.

Правда, с психологом иногда пытаются хитрить: давай-ка ты не полезешь во всю эту фигню вроде «детских травм» или «обид на родителей», а будешь дисциплинированно колупаться на мелководье, с выделенным тебе участком работы. Смотри, вот проблема — мужиков нормальных нет. И денег мало. Всё, тема заявлена — работай, психолог.

Ужас в том, что добросовестный психотерапевт может, сам того не желая, выдернуть зацепку, которая ведёт к более глубоким слоям проблем.
И вот уже вместо «научите меня зарабатывать деньги», человек стоит перед лицом ситуации «мне не нравится вся та жизнь, которой я живу», и закопать обратно этот скелет не видно ни малейшей возможности.

В общем, психотерапия — она для смелых. Неизвестно, каких чудовищ встретишь внутри себя.
А ведь начнётся всё с какой-нибудь ерунды и обнаруженного простенького переноса. Вроде того, что психотерапевт заметит, как ты ему наливаешь чай, а себя постоянно обделяешь. Или что у тебя в сумке всегда есть пачка пряников для угощения («кушайте, пожалуйста, я на работу всегда беру, и вы тоже угощайтесь»), а вы сами пряники не едите.
Вам не положено.