Не хочу. Но буду. Или как совладать с эмоциями

Little boy crying

Знакомая картинка: в магазине очередная усталая мамочка полузадушенным шёпотом орёт на маленького ребёнка (3-4 годика). Окружающие подчёркнуто холодно обходят их по дуге и поджимают губы. В их молчании слышится столь отчётливое осуждение, что бедная мама вжимает голову в плечи ещё глубже, и шипит на малыша отчаяннее. Тот горько рыдает.
Ооо, знакомая картинка, уж сколько таких я видела.
Даже могу примерно, поэтапно, пересказать, что тут случилось:

  • Сперва мелкий сделал что-то не то (пытался стащить несанкционированную игрушку с полки, убежать, заныть или как-то ещё усложнить маме поход за покупками)
  • Мамочка попыталась мягко отнять игрушку и вернуть её на место, а ребёнка увещевать: не делай так, солнышко, это не наше, милый.
  • Ребёнок проявил стойкость и отказался поступать просоциально. На мамины уговоры — огорчился и зарыдал (и его можно понять: сейчас для него этот уродливый кусок пластика представляет огромную ценность; малыш очень искренен в своих желаниях и эмоциях).
  • Мама раздражается и уговаривает активнее, ребёнок погружается в отрицательные эмоции всё сильнее и всё горше орёт.
  • У мамы в какой-то момент раздражённость побеждает чувство вины и желание «всё сделать правильно» — и она срывается. Орёт на ребёнка или даёт ему оплеуху, или вырывает игрушку силой, и, злобно шипя, грубо волочёт ребёнка из магазина.
  • Градус детского горя поднимается ещё сильнее.
  • Мама чувствует себя виноватой и устыжённой, пытается скрыться с «места преступления». Она подавлена, она в вине и неврозе.
  • Ребёнок через некоторое время несколько успокаивается.
  • Чувство вины мамы зашкаливает все пределы и она пытается «загладить» свои «неправильные поступки». (Ребёнка-то она всё-таки любит). Обнимает малыша и клянётся себе: больше никогда-никогда-никогда! Я буду только хорошей мамой!!!

Ага, конечно.

Такие клятвы всегда напоминают мне старый анекдот о том, как некая дама отрывается от чтения гороскопа, задумчиво глядит на мужа и произносит: «Дорогой, если бы не ты, мы были бы идеальной парой!»

Трудно быть идеальной мамой, если тебе достался реальный живой ребёнок, который невовремя хочет игрушек, есть, спать, писать, ему скучно, он устал и плохо себя чувствует. Картинка «хорошей мамы» трещит по швам.
И ребёнку не позавидуешь. Он ведь отдельной строкой потом огребёт за слёзы и вопли (вот так и наругают вперемешку с объятиями) — просто потому, что маме невыносимо ещё и горькие рыдания дитяти переносить.

Нынче принято таких мамаш горячо осуждать (вспомним поджимающую губы в магазине общественность). Как можно! Орать, бить ребёнка! Надо решать вопросы разумно и спокойно!
Но… она же пыталась разумно! А ему три годика, ему концепция идеи «положи трансформера на место и пойдём, у тебя дома пять таких» — ещё недоступна. Ему нужен этот! Очень нужен! Он сейчас его увидел и понял: вся предыдущая жизнь и все другие трансформеры — были ошибкой! А теперь мы встретились: я и вот этот синенький трансформер. И никогда больше не расстанемся!
Он пока физиологически не созрел до того, чтобы, с внезапно ясными глазами, положить игрушку на полку и внять словам мамы: «Мы пришли сюда за морковкой, сыром и постным маслом, пойдём в овощной отдел, солнышко» — ему тут гораздо больше нравится!

И что же маме делать? Преподать ребёнку урок: «Да, всё в этом мире — к твоим услугам, лишь бы ты не орал и не устраивал сцен на людях»? (и проредить семейный бюджет на стоимость ненужной игрухи)?

Или, наоборот, дать понять, что «Твои чувства желания ничего не значат, немедленно положи чужую вещь на место, быстро прекрати рыдать и пойдём за маслом»? (Ну да, ну да, пошёл я нахрен; на этом месте психологи всего мира алчно потирают ручки: с ощущением «я не имею значения и мои чувства ничего не значат» придётся поработать уже во взрослом возрасте, иначе оно может принести кучу ощутимого вреда).

И то и то — так себе варианты, правда?

Остальные варианты тоже так себе (например, можно не брать ребёнка с собой в магазин, пусть даже оставить его не с кем; бонусом в этом случае будет ощущение «я не знаю, откуда на столе берётся еда, меня всегда обслужат»).

При этом, не забываем, рядом корчится мамочка, пронзаемая осуждающими взглядами других покупателей и острыми кинжалами собственной вины («Я плохая мать! Я должна была с ним просто договориться!!! Я, конечно, не знаю, как договариваться с этим мелким демоном, но у хорошей матери дети не устраивают диких сцен на людях и хорошие матери не бывают жестоки с детьми!!!») Мама ведь тоже человек, а не механизм для обслуживания ребёнка; о её чувствах тоже забывать не стоит.

Ужас, что за картина, правда?

Так, а что делать? Как правильно-то? Если у общественности (и у большинства мам в головах) уже поселилась идея о недопустимости жестокого обращения с детьми. Правда, дети остались живыми детьми, а не ясноглазыми ангелочками, страдающими от произвола бессердечных и равнодушных родителей. Дети всё еще маленькие, глупенькие, незрелые и импульсивные существа. То есть, не умеют справляться с собственными эмоциональными реакциями. Проклятый трансформер так и манит, вот же он, только руку протяни. Ребёнок и протягивает. А всю остальную совокупность социальных связей, которую ему разумно озвучивает мама («у нас нет денег, у тебя таких трансформеров уже пять, положи чужую вещь, ты позоришь меня своими воплями») он осознать не в состоянии. Эмоция пересиливает всё. Вот и готова безобразная сцена в супермаркете.

Идея о том, что с детьми жестоко нельзя — уже есть, а что делать вместо этого — всё равно непонятно.

Вообще-то, я так-то не детский психолог. Я со взрослыми работаю. Поэтому я знаю, как именно обходятся с этим сами дети и их мамы. Потому что с последствиями этих решений я имею дело в своём кабинете.

  • Иногда родители (или сам ребёнок — тут неважно, кто инициатор, важен результат) идут по пути послания «не чувствуй». То есть, прекращай хотеть трансформеры и другие классные штуки. «Есть такое слово — надо» (и только его ты увидишь в своей жизни). Плюсы такого выбора — прекращаются душераздирающие сцены и яростные выборы между «я хочу» и «у меня нет возможности». Теперь я просто не хочу того, что мне не позволено! («Доктор, я правда смогу на этой диете есть всё, чего захочу?» — «Правда. И сейчас я вам дам список того, что вы должны хотеть»)
  • Иногда это послание «молчи». То есть, не осознавай и не называй своих чувств. Не проси о помощи. Маме слишком непереносимо, когда ты вопишь дурниной. Она от этого чувствует себя плохой матерью и злится. Поэтому — бесполезно просить, всё равно ничего не получишь. Нет для тебя в этом мире трансформеров.
  • Иногда это «ты же сам не хочешь» — шулерство на уровне осознания желаний. Дескать, я сам просил маму, чтобы мы пошли в магазин покупать ботиночки, а не игрушки. На этом уровне совершенно теряется контакт с собственными потребностями и сигналами организма. По этому механизму, кстати, строятся аддикции: человеку грустно, а он ест, или он устал — но он и это заедает, или злится и — правильно, снова ест. Хочет одного, а делает другое, разрешённое и привычное. Бонус — битва с аддикцией длиною в жизнь.

Ну так-то вариантов много. Фактом остаётся факт, что в результате «народных методов» совладания — со своими чувствами контакт у человека теряется. Результатом может быть множество увлекательных исходов, которые мне люди приносят в кабинет (за что я и люблю свою работу), но вот самим-то людям от этого не легче. Человек, который сам себя не осознаёт и реализовать свои желания не в состоянии, чувствует себя не очень. А корень в том, что когда-то бурные, неконтролируемые эмоции (например, у ребёнка) создавали ему и окружающим столько проблем, что их решили подавить. Или он сам подавил, потому что в том виде, в котором они проявлялись, они окружающим сильно мешали.

Нет, я кроме шуток. Я совсем без осуждения якобы «злых мамашек» — не виноваты мамы. Ну ведь правда всем мешает бурно эмоционирующий в общественном месте ребёнок. Он с собой справиться ещё не в состоянии. А рядом стоит растерянная и устыжённая мама, которая совершенно не представляет, что ей делать с этим фонтаном страстей в игрушечном отделе.

И что же вы предлагаете? Нет, понятно, что нормальным является — правильно, не терять контакта с собой.
Но как же? Как это сделать, мать вашу?

…Я очень люблю западные сериалы. Не только за закрученные сюжеты, а, в первую очередь, за возможность видеть культурные коды, зашитые во взаимодействия персонажей. Для нас, в нашем обществе — ну очень заметно, насколько отличаются способы взаимодействия.

Например, помню сцену из сериала «Отчаянные домохозяйки».
Героиня, мама четырёх детей, возвращается домой после трудного дня. Она несёт с собой автолюльку, с которой ездила по делам. Из люльки несутся возмущённые вопли младенца. Измученная мама устало обращается к обитательнице люльки, маленькой дочке: «Милая, конечно, ты устала и проголодалась. Я понимаю твои чувства. Сейчас мама отдохнёт и будем кушать». (Не помню дословно, но как-то так).

Очень сильное впечатление произвёл этот диалог. Просто потому, что мама не требовала от малышки успокоиться и заткнуться: «ну что ты орёшь, я тоже устала!». И не отрицала её чувств («Я понимаю твои чувства»). Объясняла малышке, почему эти чувства возникли («Ты устала и проголодалась»). И, что интересно, мама от своих планов не отказывалась («Нам надо было поехать — мы поехали. А теперь мне надо отдохнуть немного»).

Ну, то есть, ещё раз. Мама открыто сказала дочке: я вижу, что тебе это не нравится. Я признаю твои чувства. Я сочувствую тебе очень. Нет, мы всё равно будем это делать. Да, я понимаю твои чувства. Нет, от планов я не откажусь.
Получается, что и сама мама умеет жить так, чтобы в её жизни эмоции и чувства присутствовали. Но победят сегодня они или голос разума — решает она сама.

И вот это — ужасно важный урок на будущее.
Умение справляться со своими чувствами (да-та, это оно, модное контейнирование). Умение совладать с собой. Умение не отрицать своих эмоций. И всё равно делать то, что спланировал или что надо.
Это «не хочу, но буду».

Правда, гораздо привычнее встречать у отечественных родителей или: «заткнись, мало ли, чего ты хочешь»( =  «не смей выражать свои эмоции»), либо «что ты орёшь, я вот тоже устала, и я не ору» ( = «твои ощущения не важны — важны только мои ощущения и эмоции»). .
Или, скажем, в отечественной народной педагогике ребенку или врут («врач совсем не больно уколет, как комарик укусит»), или затыкают и запугивают («ничего тебе не больно и не страшно, все нормально переносят и молчат и ты молчи»), или отвлекают (ну это ладно ещё). Нет варианта «Мне здесь не нравится, но я выбираю потерпеть».
И родители этому не учат потому, что сами не умеют. Не умеют сами так обходиться со своей жизнью, чтобы эмоции чувствовать, но делать сознательный выбор: я пока здесь. Я выбираю находиться здесь и делать вот это, чувствуя вот то. Потому что (аргументы).

Обычно же как? Голос разума царит безраздельно (то самое «мало ли, чего ты хочешь»), а эмоция живёт далеко под плинтусом, но уж как вырвется — кто не спрятался, я не виновата. Именно поэтому многие люди на консультации у психолога с таким страхом говорят даже о перспективе выразить хоть сколько-нибудь эмоции — хоть на минуточку, даже в кабинете за закрытыми дверьми . («Нет, я не могу сказать, как я на маму злюсь. Нет, даже здесь, за закрытыми дверьми и в безопасном месте. Я потом не смогу успокоиться»).
Фактически, контакт с эмоцией теряется, и она, когда выйдет наружу, разносит всё, как торнадо. Кроме того, получается, что такому человеку надо накопить достаточно большой градус аффекта, чтобы выпустить эмоцию наружу, потому что пока с ней можно справиться — она будет подавлена. И выходит она только в форме разрушения, бессмысленного и беспощадного.

Я же предлагаю вариант — оставаться с эмоцией в контакте всегда. Выслушивать её, давать ей хотя бы совещательный голос. Не терять с нею связи.
И разрешить себе жить в варианте «не хочу, но буду».

Ну я вот, например, от идеи походов в спортзал не в восторге. Углеводы ограничивать не люблю. И сериалы. И бессмысленную тупку в интернете. А за этот текст, напротив, садилась не с энтузиазмом (в процессе, правда, увлеклась и сейчас строчу довольно бойко).
Ну мало ли, чего я не хочу.
Но буду.

Другое дело, что тем, кому контакт с эмоциями поотключали в детстве для простоты обращения — им бывает непросто снова этот контакт нашарить. Та часть, которая «буду» — у большинства работает. А насчёт «хочу» — очень многие не в курсе и это надо заново настраивать.
Но, в общем-то, это реально и вопрос чисто технический.
Зато, надеюсь, детям с этим будет проще. Потому что они не будут отрицать чувства и будут уметь делать выбор, держа свои эмоции в виду (а не отказываясь от них).

Потому что в нашей культуре с этим плохо. Помню, когда-то, в диалоге с клиентом я сказала ему что-то вроде: «Я понимаю ваши чувства, но не буду поступать иначе» — он посмотрел исподлобья и сказал: «Эта фраза звучит издевательски». Потому что в нашем обществе сказать: «Я понимаю твои чувства» можно только с сарказмом, со смыслом: «Ну мало ли, чего ты хочешь».

Ну вот нет. Я собираюсь, для начала, понимать и принимать свои чувства.
Это не значит, что я изменю ранее принятые решения — ну нет, совсем необязательно.
Но к чувствам относиться с уважением.

Не хочу делать. Но буду.