Психологическая работа с клиентами часто трудна не столько из-за самого содержания их проблем, а потому, что сами люди часто воспринимают самих себя, как уродливые исключения из правильной и безупречной окружающей действительности. И впрямь: ни у кого из моих знакомых таких проблем нет, только у меня имеются: все нормальные, только у меня мама пьёт. Или брат с синдромом Дауна. Или у меня выявлена генетическая предрасположенность к психическому заболеванию – теперь я чувствую себя внутри испорченным, гнилым, дурным, это отравляет мне всё существование. Помогите, пожалуйста, дорогой психолог, а то я устал быть ничтожеством.

С одной стороны, конечно, я таких «испорченных» и «неправильных» уже не один десяток перевидала. Но, возможно, это моя предвзятость – в конце концов, с радостями к психологу обычно не приходят, в основном, с проблемами, бедами и трудностями. Но всерьёз на эту тему я не задумывалась до тех пор, пока подруга (близкая подруга! с которой мы делились глубокими переживаниями и ценностями) не рассказала, что давно страдает от панических атак. И упомянула, что по статистике ими страдают около 5 процентов населения. 5 процентов – это каждый двадцатый. Цифра серьёзно впечатлила: то есть, каждый день на улице мы встречаем десятки и сотни людей, страдающих приступами паники; если считать прохожих, то каждый двадцатый таким может оказаться. Они проходят мимо в толпе, чтобы потом, за закрытыми дверями, задыхаться, бороться с сердцебиением, жгучей адреналиновой волной в крови, колотиться, как в ознобе и чувствовать ужас наступающей смерти (именно так описываются симптомы панических атак). А ведь они просто идут по улице, выглядят как обычные люди, и у них на лбу не написано, как именно они борются со своей бедой.

А потом ко мне на приём пришло сразу несколько клиентов с депрессиями, и все они описывали свои переживания схожим образом: «Вот почему все люди как люди, а я каждый день на работе запираюсь в туалете и плАчу по полчаса. Потом вытираю слёзы и иду работать дальше. Я, наверное, слезливая дура и тряпка (вариант: слабак), раз у меня такие проблемы, а у других таких проблем нет». Но это я их всех встречаю в своём кабинете, между собой-то они, естественно, не знакомы! Это мой опыт, а не их; они не знают, что не одни, их таких много. Да, у них серьёзные трудности, но они не одинокие выродки-мутанты среди безупречных и правильных жителей социума.

В общем, решила я их сосчитать – людей с проблемами. Хотя бы в общем виде и для себя, чтобы нагляднее представлять общую картину «правильности» и «безупречности» общества. И решила описать это человеческим языком, взяв для наглядности социальную группу, в которой все мы когда-то побывали: это школьный класс. Допустим, что в обычном классе 30 человек, в параллели (классы А, Б, В, иногда Г) – три или четыре класса по 30 человек. В школе что-то около тысячи учащихся. Представим себе обычную типовую школу и прикинем распространённость в ней некоторых стигматизирующих проблем – то есть таких, которые люди воспринимают, как позорное клеймо и скрывают.
(Все цифры взяты из интернета, преимущественно из википедии и с научно-образовательных сайтов; на абсолютную точность таблица не претендует, но как попытка описать порядок цифр, полагаю, может использоваться).

Отдельной строкой отмечу гомосексуализм. Количественных оценок этого явления – море, однако все они крайне ангажированы: кто-то доказывает, что гомосексуализм отвратительная и мерзкая мутация, кто-то доказывает, что это норма и склонность к однополой любви имеет треть человечества (в разной степени, конечно). Поэтому конкретных цифр не будет, но предположение о том, что, как минимум, в параллели (три-четыре класса по 30 учеников) найдутся один или двое детей, которые предпочитают собственный пол, будет не слишком смелым. Да, они есть. Они точно есть и вы их видите на улице. У них на лбу не написано признание, и конечно же, они не будут выглядеть как Кончита Вурст – обычные люди, обычно одетые. Вы со многими из них ведёте дела, и даже не догадываетесь. Просто потому, что признаваться для них – слишком опасно.

Некоторые проблемы, существенно повышающие уровень стресса, я включать не стала (к наиболее травмирующим, как известно, относятся развод, смерть родственников, снижение уровня достатка семьи, стихийные бедствия, болезни и форс-мажоры) – именно потому, что они не воспринимаются, как стигматизирующие. Больного шизофренией родственника скрывать будут, а то, что семье пришлось переехать из-за военных действий – нет. В нашу страну уже много десятилетий переезжают соотечественники, изгнанные с привычных мест войной или недружелюбным местным населением, и это не рассматривается, как стыдная тайна. А вот сестрёнка с ДЦП – стыдная тайна, её существование нужно утаивать.

А ещё есть соматические заболевания, аллергии, эндокринные проблемы (псориаз по всему телу), различные заболевания, от которых нужно пить таблетки по часам. Ещё я могу рассказать о том, на что похожа жизнь человека с ВИЧ (вирус иммунодефицита человека, вызывающий СПИД) или родственников больных гепатитом.

К чему это я? Просто пыталась сказать, что «правильные», «обычные» люди с «нормальной» жизнью бывают только … даже не в кино, а в сказках и фантазиях. У реальных людей гибнут родственники, уходят из семьи родители, болеют близкие (или они сами – см. статистику частоты заболеваний), и у всех без исключения случаются тяжёлые жизненные проблемы. Скорее в норме жизнь похожа на череду проблем, из которых человек более или менее успешно выбирается. Или с которыми привыкает жить, строя всё своё существование вокруг них (в конце концов, ни от гепатита, ни от собственного гомосексуализма не отмахнешься – нужно принимать решения и как-то строить жизнь с учётом этого фактора). А вот покой и «правильность» — они нам всем только снятся.

Тем, кто уже суммировал цифры из таблицы и успел огорчиться, что живёт в психбольнице, скажу следующее:

• Распространённость психических проблем – довольно стабильна из поколения в поколение. Известны, например, результаты жуткого естественного эксперимента: в тридцатые-сороковые годы прошлого века Гитлер повыбил в своей стране почти всех психически больных и уничтожил довольно много гомосексуалистов. Но уже в следующем поколении численность и психически больных, и людей с гомосексуальной ориентацией восстановилась – и это рассматривается как доказательство естественных причин их появления. Интересно также и то, что до нуля психические отклонения не падают – похоже, природа восстанавливает численность психически больных; а ещё численность ни шизофреников, ни гомосексуалистов выше определённого процента тоже не поднимается. Определённая доля людей с некоторыми отклонениями от условной «нормы» заложена в природе, и ничего с этим не поделать. То есть, апокалиптические идеи о том, что «из-за некачественных продуктов мы все сойдём с ума» – ерунда ерундовая, не сойдём. И мысль: «а вот дети насмотрятся гей-парадов и сами все захотят стать геями, И ТОГДА МЫ ВСЕ ВЫМРЕМ, АААА!» – аналогичная ерунда. Не только подавление и прямые репрессии не снижают до нуля численность гомосексуальных особей в обществе, но и активная пропаганда и даже насаждение не помогают количеству ее активных сторонников перевалить за определённый процент. Больше 10% гомосексуальная и бисексуальная ориентация даже объединёнными усилиями всех пропагандистов Европы не наберёт. Не было такого в человеческой истории и не будет.
• Тем, у кого проблемы (в том числе, перечисленные в таблице) хочу сказать: да, стоит признать, что они у вас есть – проблемы. Возможно, у вас депрессия, а, может быть, близкий человек болен психически. Но это не значит, что вы одиночка-мутант, единичная ошибка эволюции. Вы один из многих, у кого есть аналогичные проблемы – для того эта статистика и собиралась. И с такими проблемами многие справляются (и уже справились), и вы тоже можете найти помощь и разрешить свои трудности. Нужно только найти тех, кто помогает решать ваши проблемы. Такие люди есть, и поддерживать вас – их работа.
• Например, могут помочь группы взаимопомощи – по различным проблемам, или для тех, у кого трудности в отношениях. Я имею в виду все группы, работающие по программе «12 шагов», те самые Анонимные Алкоголики, Анонимные Наркоманы, группы для семей зависимых (ВДА – Взрослые Дети Алкоголиков), группы для Анонимных Депрессивных, Анонимных Обжор, Анонимных Игроков и так далее. Все они гуглятся в интернете. А ещё есть маленький секрет: часто группы взаимной поддержки открываются при церквях (я знаю несколько при православных церквях, но есть, вероятно и у других конфессий), так что можно обратиться за помощью туда, если они есть в вашем городе.
• А ещё сейчас есть психологи, с которыми можно обсудить ваши трудности, если выносить свои проблемы на группу пока кажется пугающим опытом. Я думаю, что это очень здорово, потому, что в советские времена, например, консультации психологов были просто недоступны, и человек оставался в социальной изоляции, предаваясь идеям о своей «ущербности».

Понравилась статья?
Чтобы получать свежие статьи психолога, подпишитесь на Telegram-канал