Письмо из рубрики «Вопрос психологу»
Здравствуйте. Я Нина. 22 года. студентка. Проблема такая:Я очень привязалась к своей учительнице, которая преподавала у меня в лицее правоведение(5 лет назад). Затем она вынуждена была уехать из города в другой. Мне от этого было очень плохо и больно я очень страдала и страдаю…не могу без неё…и не хочу:-((мне не хочется без неё жить….и не могу:-(( Она мне очень дорога, мне больно без неё, постоянно думаю о ней….ежесекундно:-((Отношения у нас были очень хорошие. Я по ней так скучала, что приехала к ней в другой город недавно…страдая спустя много лет (из Комсомольска в Благовещенск). Сначала она была рада мне, но потом её как буд то подменили: она перестала мне верить(на следующий день уже) , доверять, говоря, что я обманываю её все время….что нужна она мне как девушка а не человек…для близких отношений….Мои попытки оправдаться были нулевыми. В итоге она меня отправила домой, купив билет. Через неделю я к ней вновь приехала(при этом я изначально хотела квартиру снимать). Меня буквально к ней тянуло и тянет магнитом и не хочу её потерять. Я постоянно ходила к ней в гости, хотела оправдаться, поговорить с ней….но…увы…она сказала что мы чужие друг другу люди(сделав мне этим больно)Сказала что раздражаю я её и ненавидит она меня. А я хочу с ней помириться и дружить. Но у меня не получается. она попросила чтобы я её перестала беспокоить. оскорбляла меня по всякому….продолжая утверждать что я не той ориентации и добиваюсь её в сексуальном плане. Но это ведь не так. Я её ещё долго очень беспокоила(меня прям тянуло я не могла к ней не ходить… мне хотелось и хочется её вновь и вновь увидеть (если честно….еле сдерживаю себя). Но в итоге я отстала от неё, больше её не беспокою(но только потому, что она мне дорога и я ей доставляю этим неудобства)-если бы не это..я бы её не оставила в покое:-(( Сейчас я еле себя сдерживаю чтобы не написать ей и не придти к ней домой. В общем так и осталась жить здесь в Благовещенске до сих пор…Я очень страдаю…плачу…мысли все о ней. Я не могу без неё жить…и не хочу:-((((

Нина

Читать далее →

Осознания недостаточно. Одно только голое осознание –– это, считай, ничего. Изменения появятся после длительной направленной работы.
Об этом мало кто пишет из коллег-психологов, и я писала об этом немного. Потому что осознание –– это круто и красиво, это инсайт и катарсис, это сильные и бурные эмоции клиента, это переворачиваемая на моих глазах с ног на голову жизнь. «А что, так можно было? Так это что, выходит, я могу не только о чужих чувствах и нуждах заботиться, но и о своих собственных? Правдааа? И я могу разозлиться и разгневаться, и даже сказать кому-то «нет», и небо за землю не упадёт? Я что, тоже имею право, тоже могу? И не я — источник страданий окружающих, и я тоже имею право чего-то хотеть?… Ух ты!…»

Катарсис — очень красивая и зрелищная картина, конечно, такое хочется описывать и этим делиться. И психотерапевт, побывав свидетелем катарсиса клиента (и ощущая, что сам его инициировал), чувствует себя приятно-усталым и очень нужным: вот ведь какие вещи с человеком происходят отчасти и благодаря мне! Глобальный жизненный переворот, очень важная точка принятия судьбносных решений, крупное осознание! Не фунт изюму!
А та тихая и постепенная работа, которая приближает яркий инсайт или происходит потом, после него — не так красива и мощна, поэтому её описывать скучно и не так красочно. Её и не описывают, редко о ней говорят –– но она важнее.

Читать далее →

Учиться на психфаке мне нравилось. Я много читала, бегала на лекции к другим специализациям и щедро делилась приобретёнными познаниями с каждым, кто был готов слушать. Помнится, как-то, курсе на третьем, я принесла из универа свет знаний и тут же вывалила его на неподготовленную сестру.
– Мы с тобой — циклоиды! – гордо сказала я.
– Это что ещё такое? – опешила она
– Ну, маниакально-депрессивные мы, то есть. Тип личности такой, — пояснила я
Сестра подумала.
– А это как-то лечится?
– Нет – обалдела уже я, – а зачем? Это врождённая особенность, акцентуация. По всем признакам в нашей семье этот тип характера передаётся по женской линии. У тебя отчётливые проявления, у меня и у мамы. И у бабушки тоже.
Сестра засопела, а потом разразилась гроза:
– Ну вот зачем??? Зачем ты мне это сказала??? Что мне теперь с этим делать??? Аааа???
Я только удивлённо вздрагивала.

Но и потом долгие годы после я всё никак не могла привыкнуть, что познание себя и точная диагностика («а кто это у нас тут такой шизоид?», «а у кого это у нас пограничная личность?») – в общем, не всех это так же радует и занимает, как меня. И не всем это так же интересно.
Удивительно, но факт.
С тех пор стараюсь воздерживаться и не осчасливливать непосвящённых.
Правда, получается не всегда.

Читать далее →

В одном фильме девяностых годов есть диалог, героиня жалуется подруге на неудачи в личной жизни: «Мне вообще не везёт с мужчинами! Каждый раз, когда я начинаю отношения, что-то плохое случается. Например, в последний раз, когда у меня был роман, меня лишили абонемента в публичную библиотеку…» Слегка офигевшая подруга возражает: «Ну, я не думаю, что всё так плохо. Мне кажется, ты могла бы одновременно иметь в своей жизни мужчину и абонемент в публичную библиотеку».

Вот за это я и люблю возможности психотерапии. Слишком часто я вижу, как люди выбирают по принципу «зато»: у меня в личной жизни не очень, ну так зато работа нормальная, денежная, потружусь ещё, на новую машину заработаю (а мысли о том, как мне холодно и одиноко, буду гнать). Или: ну да, ну да, ни образования у меня, ни опыта, зато отличная семья и чудесные дети, ну так ну её, профессию эту, не буду даже пробовать (а о том, что чувствую себя беспомощной и полностью зависимой от мужа, буду стараться не думать). Или: я несколько раз пробовал в жизни пойти туда, куда зовёт меня сердце, каждый раз это плохо кончалось, мне было больно и я страдал, так и ну его, это сердце, буду жить разумом (а все душевные движения стану насильно подавлять).

Отличные новости: совершенно необязательно категорически выбирать «или-или». Вполне можно отлично иметь в жизни и мужчину, и абонемент в публичную библиотеку. И ещё: проработка проблемной области совершенно не означает, что человек утрачивает свои достижения и навыки в сфере, которую он «прокачал». Приобретение любовного опыта не сделает вас плохим специалистом и профессионалом, а сепарация от родителей и постепенное обретение самостоятельности не означает разрыв с ними и взаимную ненависть — вместе с отдельностью могут прийти любовь и благодарность. Не вместо, а вместе. Дополнительно.

И ещё с вами останется абонемент в публичную библиотеку.

Понравилась статья?
Чтобы получать свежие статьи психолога, подпишитесь на Telegram-канал

Элис Хауленд – профессор лингвистики Колумбийского университета, блестящая учёная, преподавательница, на лекции которой приезжают со всей страны, автор классического учебника по лингвистике. Она живёт размеренной жизнью университетского профессора: интересная работа, восхищённые студенты, любимый муж, уже выросшие чудесные трое детей (старшая замужняя дочь начинает заговаривать о скорых внуках). Вот только… небольшие проблемы начинают всё более и более чувствительно укалывать Элис: например, она запинается на лекции, из головы выскакивает элементарный термин. Профессор Хауленд отшучивается, никто ничего не заподозрил. Вылетевшее слово приходит в голову позже — такое со всеми случается.

Однако непонятные сложности нарастают, и Элис дисциплинированно обращается в университетский медицинский центр и сообщает о проблемах с памятью и нарушении ориентации в пространстве: недавно она заблудилась на пробежке в кампусе. Да, это что-то странно-пугающее. Элис озвучивает свои страхи: опухоль в мозге, рак, смертельная болезнь. Но результат диагностики ошеломляет и сваливает с ног: ранний Альцгеймер.
Элис в ужасе и отчаянии. Она спорит с врачом, но через некоторое время спорить становится бесполезно – слишком много признаков. Родные не в силах принять этот диагноз: как? Женщина в полном расцвете сил, на вершине академической карьеры, мать и жена, умница и чудесный человек. И вдруг – такая нелепая, неотвратимая, разрушительная болезнь?

Поначалу всё идёт почти так же, как и шло раньше. Элис выкручивается на лекциях, выезжает на прежних наработках и оставшихся знаниях, но студенты (а у неё отборные студенты) начинают догадываться и пишут негативные отзывы на работу профессора (это американский университет, там учащиеся дают обратную связь по итогам работы преподавателя). Элис вынуждена признаться своему завкафедрой и он отстраняет её от работы.

Читать далее →

Значительная часть работы психолога — в том, чтобы возвращать человека в реальность. И не давать ему из неё убежать в мир фантазий.

– Да, из того, что ты рассказала, похоже, твой муж действительно проявляет к тебе неуважение.
– Это выглядит так, что твоя мама не разделяет твоих ценностей и не хочет тебя слушать
– Хм. Но из того, что ты рассказала, следует, что у твоего сына свои интересы и своя жизнь в которые он тебя пускать, похоже, не собирается. И даже активно противодействует твоим попыткам стать ближе.
– Очень может быть, что когда он говорил: «Я не люблю тебя. Я не хочу тебя видеть», он имел в виду, что видеть тебя ему неприятно и, скорее всего, он тебя не любит…

Да, это важно. Важно проговорить и признать очевидное. Осознать, что сейчас ты вот здесь в таких обстоятельствах и перед тобой вот такие трудности (объективные и субъективные). Да, когда-то всё, возможно, было иначе. Когда-то (хочется верить) будет по-другому, намного лучше. Но, как говорится, потом настанет потом. А сейчас пока что происходит сейчас. И вокруг то, что мы видим — не светлые ожидания и не замечательное прошлое, а сегодня со всеми его проблемами.

Но очень многих людей предложение честно описать себе ситуацию «здесь и сейчас» — коробит и возмущает. Некоторым в предложении принять и осознать ситуацию такой, какая она есть, слышится: «Смирись. Прими то, что ты в полной жопе и в ней навеки останешься». Для них честное признание нынешних обстоятельств означает одновременно и «ты сам виноват, поделом тебе» и «теперь ты в заднице навсегда и никогда не выберешься». (Хотя, разумеется, ничего такого в виду не имелось — нет никакого запрета на то, чтобы менять ситуацию к лучшему).

Или же вот: многие люди предложение поговорить о деталях ситуации, где они сейчас находятся, воспринимают как утончённое издевательство. Вот ведь психолог попался, грёбаный садист, хочет послушать в нюансах о том, в каком именно дерьме я сижу. Посмаковать подробности хочет, извращенец. Тебе приятно, что ли, слушать о том, как именно мне плохо? Давай лучше поговорим о том, что мне делать, чтобы стало лучше! Давай обсудим не моё паршивое сегодня, а светлое и беспроблемное завтра.

Читать далее →

Зависть попадает в «слепое пятно» для большинства людей. Нет, все знают, что это очень плохое чувство, что завидовать – некрасиво. Завистью могут устыдить: «да ты просто завидуешь!», и крыть будет нечем. И уличённый завистник будет выглядеть жалко.
Но о том, что лежит в «слепом пятне», человек обычно знает очень мало. И о влиянии «слепого пятна» на его жизнь может разве что только догадываться. А влияние это, разумеется, есть, и немалое.
Давайте же разбираться.

Зависть в обществе порицается и подавляется. Помните сказки, на которых мы в детстве росли? Сказку про злую мачеху и её завистливую дочку («Морозко»), про молодую мачеху-царицу, которая желала смерти юной падчерице царевне («Сказка о мёртвой царевне и семерых богатырях»), про завистливую старуху, посылавшую старика к Золотой рыбке всё за новыми и новыми богатствами, про скромную Золушку и её наглых сводных сестёр… Во всех этих историях завистники, во-первых, искренне желают зла тому, кому завидуют и, по мере сил, делают гадости тому, кому позавидовали. (Например, мачеха в сказке «Морозко» посылает падчерицу на верную гибель в зимнем лесу). А во-вторых — в сказке для каждого из завистников наступает воздаяние, и он страдает, наказан или даже гибнет. Вот этому и учат нас сказки: когда кто-то кому-то завидует — плохо всем: сперва завистник пакостит тому, кому позавидовал, а потом обиженный (или кто-то сильный, восстанавливающий справедливость) мстит завистнику. В итоге — всем плохо, кого-то мучают, кого-то калечат, кто-то гибнет совсем. То есть, какой можно сделать вывод? А такой: для социума гораздо проще запретить зависть вообще, заклеймить её как дурное, стыдное качество, которое нельзя испытывать, фу, плохо. Логично же: зачем в социуме обиженные, покалеченные или погибшие из-за завистливых разборок? В реальности если послать падчерицу на мороз, не всегда явится сказочный дед, вероятнее всего, девушка замёрзнет насмерть. Так что лучше призвать подавить, насколько сил хватит, зависть; худой мир лучше доброй ссоры. Выходит, если зависть «выключить», то больше членов сообщества выживут и больше полезного продукта совместно произведут. Поэтому и учат с детства: завидовать — ПЛОХО.

Читать далее →

Мы меняемся от наших действий. В нас (и в мире вокруг нас) приходят изменения от того, что мы что-то ДЕЛАЕМ. И знаете что? Иногда не столь важно, с какими чувствами мы делали то, что делали. Важно то, что действие было всё-таки совершено и от этого изменился мир (ну или мы).

Помнится, как-то раз сидели мы с подругой, беседовали о вечном — ну, то есть, о том, как похудеть. И в ответ на какую-то мою, казалось бы, банальную реплику, подруга ужасно удивилась: да? а я думала, люди худеют от позитивного настроения — а от депрессий и подавленности, напротив, толстеют.
Нет, милая моя, ответила я. Худеют люди от того, что съедают меньше калорий, чем тратят с физической активностью. А какое настроение у них — ну, тут как повезёт. Фраза про «в Освенциме толстых не было» – вот как раз про это. В Освенциме, как легко догадаться, и с позитивом было не очень. Зато калорий людям выдавали не столько, чтобы жирок нагулять — вот там и не было толстых. То, как мы ЕДИМ, то есть, наши действия — да, завязано на позитив, на пищевое поведение, на психологию. А ТОЛСТЕЕМ мы от калорий. Пока мы не в Освенциме и можем на карманные деньги свободно купить беляш и мороженое, пищевое поведение точно будет связано с похудением: сколько еды в результате твоего поведения оказалось в твоем желудке, столько веса ты наберёшь (сбросишь). Но организму, если честно, в целом плевать, как в него попала пища: в результате ли весёлого застолья на дне рождения любимой бабушки, или после одинокого печального вечера с заеданием несчастной любви, когда был опустошён холодильник и доставка пиццы приезжала дважды.

Читать далее →

Хотела написать о том, как бороться с установками. Но сперва – о том, откуда они берутся. Это важно.
По моим наблюдениям, большей частью ключевых установок, определяющих отношение к самому себе, человек обязан добрым намерениям своих родителей. Я настаиваю: в большинстве случаев намерения были именно добрые. Но вышло… уж что вышло.

Давайте примем за аксиому, что большая часть родителей собственным детям желает добра. Правда, с некоторой поправкой: такого добра, как сам родитель это понимает и в такой форме, в какой родитель умеет его дать. А все мы люди, все ошибаемся, и родительское «добро» не всегда осчастливит ребёнка. Не говоря о том, что и в социальных взаимодействиях люди в нашем обществе обычно совсем не специалисты. Поэтому иногда только диву даёшься, каких только диких вещей родители не вытворяют с детьми «ради их собственного блага» (и насколько долго это потом приходится разгребать психологу).

Тут и принуждение к полезному из-под палки («пока гаммы не отыграешь, гулять не пойдёшь!»; «Никакого тебе театрального кружка, пока не исправишь двойку по алгебре!»), тут и строжайшие родительские запреты всего («чтобы ровно в девять вечера дома была! ишь, шалава, накраситься она вздумала — смотри у меня, в подоле не принеси»). Про применение насилия и рукоприкладства я просто промолчу (это отдельная большая и очень болезненная тема).

Но страшнее всего, конечно, так называемые генерализации, то есть обобщения: «Ну как ты посуду помыла, криворукая? Ничего ты не умеешь, кто тебя замуж возьмёт». То есть, на основании очень и очень частного случая, абсолютно разовой ситуации (сегодня девочка плохо вымыла чашки) делается глобальный и всеобъемлющий вывод о полной никчёмности в какой-то области («плохая хозяйка»), а то и о человеке в целом («кому ты такая нужна будешь?»). И ведь, что характерно, через годы эти дурацкие плохо вымытые чашки забудутся и совсем сотрутся из памяти у всех участников истории — да что там, через пару недель про них никто не вспомнит. А унизительный вопрос «да кому ты нужна такая?» девочка вполне может через всю жизнь пронести. Нет, серьёзно — это встречается гораздо чаще, чем кажется.

Ребёнок ведь приходит в этот мир, не зная, как он устроен. И во всём полагается на родителей: в том, что они накормят досыта (и не ядом), что они научат правилам выживания и сосуществования с другими людьми в социуме. И что расскажут, кто я такой, что могу, на что не имею права, и кто такой я есть. Позже, в юности молодой человек или девушка отправится самостоятельно искать своё место в мире, добиваться успехов и строить собственную жизнь. А до тех пор азы мироустройства ребёнку должен кто-то преподать. И это будут те, кому он доверяет. Родители.
А родители, вместо того, чтобы учить совершать правильные поступки (то есть, решать ситуационные задачи вроде мытья чашек и возвращения домой не поздно) рубят с плеча и выдают глобальные унижающие обобщения: ты тупая. Ты ленивая. Ты грязнуля. Ты неумёха. Ты шалава. С тобой невозможно договориться. У тебя тяжёлый характер. Ты жадный. Ты неблагодарный и маму не ценишь.
(И вот на этом месте читателю самое время покрыться крупными каплями пота и с ужасом осознать, что именно мама и папа научили его думать о самом себе в тех самых уничижительных и оскорбительных выражениях, которые он сам себе не устаёт повторять: дурак ты. Бесполезный болван. Снова не справился. Вот всё у тебя так. На работе от тебя никакого толка. Кто на тебя, страшилу, клюнет. Ты тупица и ничтожество…)

Читать далее →